Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
16:30 

Россия лидирует по числу самоубийств среди подростков

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!
Россия лидирует по числу самоубийств среди подростков
В России ежегодно происходит 4 тыс. попыток самоубийства среди подростков, из них оконченных суицидов - около 1,5 тыс.

01:32 

Не плескайте чиновнику в морду!

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!
Не плескайте чиновнику в морду!
Не желайте жестокой беды!
Пусть сухим он выходит и гордым
Из любой самой грязной воды!

02:42 

И все же разобраться бы: в политике управления Россией пара — нормальное явление или

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!
И все же разобраться бы: в политике управления Россией пара — нормальное явление или паранормальное? (МК)

00:28 

Пишут облака на Небе Только Правду, а не небыль!

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!

23:56 

Зуб за зуб, око за око, ум за разум!

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!

Зуб за зуб, око за око, ум за разум!


23:50 

Марина Царь Волкова Какой Богини хрупкая слеза

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!
Марина Царь Волкова Какой Богини хрупкая слеза

Какой Богини хрупкая слеза
Скатилась вниз, в хрустальную криницу?
Лазурен взор прекрасной Заряницы,
У Ночи изумрудные глаза…
Хочу рукой потрогать небосвод
И тоже быть бессмертной и беспечной,
В ладье небесной плыть по речке млечной,
Увидеть ночь и огненный восход!
К златому Солнцу руки протянуть
С ним вместе встретить розовое утро,
Чтобы опять вступить на горний путь,
Любуясь, как сквозь дымку нежных грёз
В ковре травы сверкает перламутром
Роса, а может, свет небесных слёз.


23:44 

Михаил Пришвин Коровья смерть

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!
Михаил Пришвин Коровья смерть

Бывает, - на берегу лежит лодочка, к ней уже и чайки
привыкли, садятся рыбу клевать; странник лег отдохнуть, но вот
подошла волна, схватила и понесла куда-то лодочку с человеком,
только человек тот ни при чем, нет у него ни весел, ни руля, ни
паруса. Так вот и Курымушку волна подхватила и выбросила на
самую заднюю скамейку, тут сел он рядом с второгодником, по
прозвищу Ахилл. Гигант второгодник был всем хорош, -- слабость
его была только одна: несчастная любовь к Вере Соколовой. Ахилл
сразу все рассказал Курымушке про учителей.
-- Директора, -- сказал он, -- ты не бойся, -- он
справедливый латыш; был бы ранец на плечах, все пуговицы
пришиты, не любит, если сморкаешься на себя и носишь на куртке
сморчок, разное такое, к этому привыкнешь. Инспектор тоже не
страшен, -- он любит читать смешные рассказы Гоголя и сам
первый смеется; угодить ему просто: нужно громче всех смеяться;
когда он читает, то хохот идет в классе, как в обезьяньем лесу,
за это и прозвали его Обезьян. Есть еще надзиратель Заяц, --
сам всего до-смерти боится, но ябедничает, доносит,
нашептывает; с ним надо поосторожнее. Козел -- учитель
географии, считается и учителями за сумасшедшего; тому -- что
на ум взбредет, и с ним все от счастья. Страшней всех учитель
математики Коровья Смерть, тот как первый раз если поставил
единицу, так с единицей и пойдешь на весь год. Твоя фамилия
очень плохая, начинается с буквы А, первый всегда будешь
попадать, тебе нужно хорошо выучить первый урок, а то сразу под
Коровью Смерть попадешь, и тут тебе крышка.
-- Почему же он называется Коровьей Смертью? -- спросил
Курымушка.
-- Вот почему: ежели он тебе единицу в начале поставил, и ты
с этой единицей пошел на весь год, то ты уже больше не ученик,
а корова.
-- Ты сам -- корова?
-- Был прошлый год коровой, тут все назади были коровами, но
я надеюсь в этом году попасть в ученики. Ты это сам поймешь
сразу, -- вот он идет.
Коровья Смерть, рыхлый и серый лицом, вошел к костылем, сел
на кафедру и ногу положил отдельно на стул: в ноге, сказали, у
него подагра. Все вынули синие тетрадки и стали под его
диктовку писать весь час правила.
-- Это вызубри, -- учил Ахилл, -- на зубок, тебя завтра
первого спросит, -- смотри, не подведи, а то с тебя
рассердится, и пойдет, -- много лишних коров наделает.
-- Не подвести бы класс! -- опасливо думал Курымушка дома,
приступая к зубрежке. В слове "класс" ему сразу далось что-то
очень хорошее, за что нужно стоять и, Боже сохрани, подвести. А
что учителя -- враги классу, то это само собою понятно. Зубрить
Курымушка начал возле того самого окошка, откуда виднелась
кладбищенская березовая роща, за которой далеко в полях был
рай, так ему теперь представлялся их дом в саду. Очень было
трудно зубрить, думая о желтобокой Антоновке, но он честно
вызубрил, а утром повторил и, когда в гимназию шел, все
твердил: "сложение есть действие...".
-- Хорошо вызубрил? -- спросил Ахилл.
-- Хорошо.
-- Ну-ка!
-- Сложение есть действие...
И стал.
-- ... посредством которого... -- подсказал Ахилл.
-- Да, да: посредством которого...
-- Стой, идет!
-- Идет, идет, идет! -- прошумело в классе и стихло, как
перед грозой.
Далеко слышался в коридоре стук костылем. Коровья Смерть
приближался, в классе все мертвело и мертвело. А когда Смерть
вошел и сел на кафедру, Курымушке все стало бледно вокруг и
слабо в себе. Немо прозвучало какое-то ужасное слово,
невозможно было его принять на себя, а все-таки слово это было:
Алпатов.
-- Тебя, тебя! -- шептали вокруг.
-- Алпатов здесь?
-- Здесь, здесь! -- крикнули за Курымушку и толкнули его
вперед между партами, дальше еще толкнули, и так пошло до самой
кафедры и все шло как с самого начала: без весел, без руля, без
паруса волны несли куда-то Курымушку.
-- Дай тетрадь!
Курымушка подал.
-- Что есть сложение?
-- Сложение есть действие...
Запнулся.
Везде в классе, как тетерева в лесу шипели и бормотали:
-- ... посредством которого, посредством которого...
-- Молчать! -- крикнул Коровья Смерть.
Курымушка погрузился куда-то в глубокую бездну и уходил туда
все глубже и глубже.
-- Долго ли ты будешь молчать?
Жужжала муха осенняя, летала по классу, будто над ухом
молотилка гудела, и стукалась в стекло, как топором: бух! бух!
Тут было как на стойке по зрячей дичи, есть такие шальные
лягаши: видит, у самого носа его птица сидит в траве, и стоит,
не тронет, только глаза огнем горят и где-нибудь у задней ноги
еле заметно шерсть дрожит и дрожит, так стоять бы ему до
смерти, но птица шевельнулась... и, -- вот зачем левая передняя
нога на стойке у лягаша подогнута, -- эта левая нога теперь
метнулась, как молния, и полетел шальной пес с брехом по болоту
за дичью.
Курымушка тоже, как птица, шевельнулся и посмотрел искоса на
учителя: у-у-у! -- что там он увидел: у-у-у, какая страсть!
Коровья Смерть, чуть-чуть покачивая головой сверху вниз,
выражая такое презрение, такую ненависть, будто это не
человечек стоял перед ним, а сама его подагра вышла из ноги и
вот такой оказалась, в синем мундирчике, красная, потная,
виноватая. Курымушка скорей отвел глаза, но было уже поздно:
раз птица шевельнулась, стойка мгновенно кончается, Коровья
Смерть спросил:
-- Отец есть?
-- Нет отца, -- ответил тихо Курымушка.
-- Мать есть?
-- Есть!
-- Несчастная мать!
Надорвал синюю тетрадку до половины, сказал:
-- Стань в угол коровой!
Вот если бы теперь, в этот миг Коровья Смерть не грозил
каждому в классе, с какой бы беспощадной жестокостью все
крикнули бы Курымушке: "Корова, корова!", но уже и другой
стоит, потупив глаза.
-- Отец есть?
-- Есть!
-- Несчастный отец. Стань в угол коровой.
Третий потупился.
-- Мать есть?
-- Есть.
-- Несчастная мать. Стань в угол коровой.
Вторая корова, третья, четвертая, и Ахилл тут с разорванной
тетрадкой на второй год в коровы попал.
-- Раз это так водится, -- подумал Курымушка, -- то с этим
ничего не поделаешь, я тут не виноват, так и маме скажу, не
виноват и -- кончено, она это поймет.
-- Теперь, брат Алпатов, -- сказал после урока Ахилл, --
можешь не учить правила совсем, выучишь, не выучишь, на весь
год пойдет единица: ты теперь корова.
И правда, на другой день у Курымушки было опять то же,
только очень коротко и легко, на третий, на четвертый, в
субботу выдали "кондуит" и единицы в нем стояли, как ружья.
С легким сердцем возвращался домой Курымушка, решив твердо,
что он не виноват, только эта легкость была совершенно
особенная, не прежняя птичья, а вот как полетчик в цирке на
канате: можно и оборваться. Но и это все прошло, как только
увидел он на дворе Сокола, все забыл и бросился по лестнице
наверх и на ходу уже чуял носом: яблоки, яблоки, яблоки. Мать
тоже услыхала его и тоже бросилась к лестнице, тут они и
встретились и слились, как два светлых луча.
Только скоро набежала тучка на солнышко.
-- Как твои дела? -- спросила мать.
-- Ничего, -- ответил Курымушка, -- дела как дела.
-- Кондуит отдали?
-- Отдали.
-- Покажи!
Тучка растет, растет, и вот они единицы, как ружья, стоят.
-- Что же это такое?
-- Я не виноват, -- сказал Курымушка, -- учителя
несправедливые.
Мать заплакала. Курымушка бросился к ней и вместе заплакал.
-- Мама милая, ты не на меня это, не на меня, это они
несправедливые, я не виноват.
И этого она понять не могла; как она не могла этого понять!
Ее лицо говорило: может быть, это и правда, ты не виноват, но
мне-то что, мне нужно, чтобы у тебя выходило.
Сразу она стала будто чужая, так и уехала будто чужая.
Сухими глазами провожал ее из окна Курымушка на Чернослободскую
гору: предчувствие тогда не обмануло его, маму он теперь совсем
потерял.
Грустно качала головой добрая Вильгельмина.



16:44 

Роберт Рождественский МГНОВЕНИЯ

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!
Роберт Рождественский МГНОВЕНИЯ

Не думай о секундах свысока.
Наступит время, сам поймешь, наверное,-
свистят они,
как пули у виска,
мгновения,
мгновения,
мгновения.
У каждого мгновенья свой резон,
свои колокола,
своя отметина,
Мгновенья раздают - кому позор,
кому бесславье, а кому бессмертие.
Мгновения спрессованы в года,
Мгновения спрессованы в столетия.
И я не понимаю иногда,
где первое мгновенье,
где последнее.
Из крохотных мгновений соткан дождь.
Течет с небес вода обыкновенная.
И ты, порой, почти полжизни ждешь,
когда оно придет, твое мгновение.
Придет оно, большое, как глоток,
глоток воды во время зноя летнего.
А в общем,
надо просто помнить долг
от первого мгновенья
до последнего.
Не думай о секундах свысока.
Наступит время, сам поймешь, наверное,-
свистят они,
как пули у виска,
мгновения,
мгновения,
мгновения.


16:30 

Живые и мёртвые. О мёртвых - или хорошо, или ничего?

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!
Живые и мёртвые. О мёртвых - или хорошо, или ничего?

Евр-о–х-я цивилизация на основе библ-го мировоззрения очернила всех ушедших на тот свет Предков, описав их как безнравственных недоумков, поклонявшихся Дьяволу, а для себя и своих адептов (особенно власть имущих) провозгласила ТЕЗИС про СВОИХ мёртвых "О мёртвых - или хорошо, или ничего"...
Все их мёртвые противники - сволочи, гады и враги ИХ светлых идеалов - почти все книги наполнены этим... В древности и о живых, и об ушедших говорили только ПРАВДУ - такие были нравы.
Можно, конечно, исповедовать любой ТЕЗИС, провозглашенный церковной или светской наукой в качестве единственно верного, но жизнь всего живого на Планете идёт не по тезисам, а по Канонам Творца.
Сегодня только слепой не видит, что все мировое людское сообщество - огромный сумасшедший дом и это - итог его многовекового прогрессивного развития. Следовательно, вся последняя эпоха (2 тыс. лет) - это была эпоха тоталитарной лжи и всеобщего лицемерия.
На пороге всеобщего само-уничтожения небесполезно хотя бы задуматься об этом…


02:25 

Творец и мы

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!

Какова цена – заслуг,

вины?



Что считать за
образец? Что – браком?



Мы за то даём почти
что нимб,



Что Творец наказывает
раком!


22:33 

Десятки Солнышек укропа Цветут и пахнут - на попробуй!

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!

21:51 

КАПИТАЛМУД, ИЛИ ПЕСНЬ АКЫНА Валентин Гринько о философии

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!
КАПИТАЛМУД, ИЛИ ПЕСНЬ АКЫНА Валентин Гринько о философии

Валентин Гринько о философии российской отечественной духовной традиции
Интервью с Валентином Сергеевичем Гринько
«НГ-Ex libris», # 15 от 22 апреля 2010 г.

Валентин Сергеевич Гринько (род. 1949) – кандидат философских наук, профессор кафедры философии Костромской государственной сельскохозяйственной академии. Окончил философский факультет МГУ им. М. В. Ломоносова. Защитил кандидатскую диссертацию на тему «Проблема человека в философских воззрениях Антонио Грамши». Член Российского философского общества (РФО), член политсовета регионального отделения партии «Правое дело». Главный редактор журнала «Камень. Отражения». Колумнист «АПН – Нижний Новгород». Автор книги «Философия в России: парадигмы, проблемы, решения» (Кострома, 2003), неофициальное название которой – «Капиталмуд, или Песнь акына о нибелунгах, парадигмах и симулякрах».
Сегодня мы решили обсудить актуальные проблемы современной русской философии, метко сформулированные Фёдором Гиренком: «Если философия станет когда-нибудь рвом, который интеллигент не сможет перепрыгнуть на пути к власти, то это значит, что философия у нас состоялась». С Валентином Гринько беседовал Алексей Нилогов.
– Валентин Сергеевич, что вы можете сказать о современной русской философии? Какими именами она представлена?
– Современную русскую философию, как и русскую философию вообще, можно определить как минимум десятью различными способами. Почему Иммануил Кант, родившийся и умерший в границах современной Российской Федерации – немецкий философ, а жившие и творившие за её пределами – не будем называть фамилии – русские философы, независимо от национальности?
Когда говорят о русской философии, то по ходу контекста разговора всегда имеют что-то подвижное и противоречивое. Поэтому я предпочитаю говорить о философии в России, имея в виду под философией определённую общепризнанную парадигму из пяти–семи парадигмообразующих структур: онтология, гносеология, аксиология, история философии – основные, и дополнительные – на вкус, на цвет, на субъективное отношение к основным проблемам, в которых в своё время и в своём месте варится философ – экзотика – от философии истории или социальной онтологии через волюнтаризм-экзистенциализм до синергетики и шизоанализа.
Парадигмообразующие элементы имеются в специфически исторической форме у всех народов, но только в Древней Греции, пожалуй, они приобрели узнаваемый товарный вид и привлекательный бренд, а затем римляне и западноевропейское Средневековье придали философии дополнительные черты.
Самое видное имя в современной русской философии – Иммануил Кант. Всё остальное – пожалуй, эпигонство; укоренённое – русско-православная тенденция и духовные споры вокруг неё: то Авраамий Смоленский, то армяноверие, то жидовство и нестяжательство, то старообрядчество, не считая византийства, греческих и болгарских «влияний» и других экзогенных прививок.
Великие махины Михаила Ломоносова, Гавриилы Державина и Василия Татищева затмили эпигоны, и интересные их идеи не получили самостоятельного статуса в нашей мысли.
Короче, наши философы неузнаваемы и неразличимы не только в массовом восприятии, но и профессиональной общефилософской среде.
– Существует ли русская философия в провинции? Какова её интеллектуальная планка?
– В российской провинции философия существует в исторически и географически обусловленной форме. Фактически основной вопрос, который раньше или позже возникает у любого человека, – это основной вопрос философии, вернее, гроздь вопросов: «Кто мы?», «Как мы сюда попали?», «За что?», «Надолго ли?», «Что нам здесь делать и для чего?», «Как отсюда выбраться и куда?» Кстати, примерно такая постановка представлена в «Законах Ману» – памятнике, которому не менее 2000 лет.
На эти и подобные вопросы отвечают, как могут, родители, учителя в школах, преподаватели профессиональных учебных заведений и прочие социально значимые авторитеты. Однако, будучи дилетантами, то есть в своей исследовательской позиции во многом зависимыми от тех или иных обстоятельств, они любые спонтанные догадки превращают в догматические святцы, что вредно и даже опасно. Наиболее готовы к этим вопросам религиозные организации, которые составляют конкуренцию философии и, даже не нарушая свободы воли, заманивают к себе веками наработанными приемами. А философия ещё и непривлекательна, например, тем, что зачастую чванлива и выспренна, но больше всего тем, что она призвана показывать на всём и во всём «печать неизбежного падения» (Энгельс).
С профессионалами-философами в российской провинции туго, поэтому их часто замещают поэты, писатели, художники. Втюривают всякую чушь под видом вечных общечеловеческих ценностей. Философски грамотный ответ: бытие живого организма, а человека как такового – в первую очередь, есть процесс расширения комфорта за счёт расширения контроля над витальным пространством с находящимися в его пределах ценностями. А остальное – лукавство, продиктованное локальными особенностями.
Что касается профессионалов, честно служащих своему народу во глубине российских руд, то могу назвать многих прекрасных людей, с которыми приходилось сталкиваться и которым я очень благодарен за постоянную поддержку. Это мой первый начальник по профессиональной философской работе, ныне покойный, костромской философ академик Леонид Борисович Шульц, ныне здравствующий уральский философ академик Константин Николаевич Любутин, замечательный этик, проживающий в Тульской области, Владимир Николаевич Назаров. А? Как говорю? Как про передовиков в районной газете. Это представители философии в её профессиональном статусе, а сколько ещё людей не менее глубоких? Много!
– Чем вы объясняете перепроизводство философских кадров в Советском Союзе и России?
– Никакого перепроизводства нет. Нехватка тотальная. Всех и вся лиц бюджетных профессий. И в городах, а тем более в деревнях. А Россия – необозрима! Там ведь тоже люди живут и не хотят никуда ехать учиться в федеральные центры. Им бы у себя, на малой родине, жить и работать. А для этого им на местах нужны учителя самой разной профессиональной подготовки, а желательно наивысшей – агрономы, врачи, дизайнеры, милиционеры.
– В своей книге «Философия в России: парадигмы, проблемы, решения» вы пишете, что русская философия «существовала всегда в исторически допустимой форме, например, в виде системы мифологических представлений того или иного этноса (необязательно славянского)»? Не слишком ли оптимистической является ваша гипотеза?
– И существует! Там я не зря привожу мысль великого русского писателя Леонида Леонова, которую он опубликовал в набросках своей знаменитой «Пирамиды» и которая в основной посмертно изданный текст «Пирамиды» не попала: «Любой на моржовом клыке нацарапанный миф является равноправным уравненьем с тем ещё преимуществом, что алгебраическая абракадабра заменена там наглядной символикой простонародного мышленья». Более того, всё есть миф, поскольку «мысль изречённая есть ложь».
– Какие неявные проблемы свойственны современной русской философии?
– Все проблемы у неё неявные. Надо выявлять заново. Одно только название чего стоит. Явно что-то тут очень неявное, и каждый раз другое подразумевается. Если в одну повозку впрячь, возможно, Петра Чаадаева и Георгия Плеханова, а Иммануила Канта даже в русской интерпретации нельзя, то чего уж тут явного?
– Нуждаются ли, на ваш взгляд, российские философские институции в реформах?
– Все разговоры о реформах в тех или иных институциях – абстрактное теоретизирование. Дайте в руки мне гармонь – золотые планки, дайте почувствовать материал вживе – и тогда будет видно. Но в принципе я – за заказ, в том числе государственный. Если в тебе есть нужда – пусть нанимают и платят. Или держат в хорошем теле на всякий случай, только бы не абы кого или своих да наших, а знатоков и мудрецов. Но у нас не слушают и не ценят профессионалов. Не только в философии. У нас каждый сам и жнец, и на дуде игрец.
– Могли бы вы дать оценку деятельности Российского философского общества (РФО)?
– Такому обществу, как РФО, я бы больше вменил в суть деятельности защиту философии и философов перед лицом государства и других социальных структур. У руководства этого общества тесные связи практически со всем российским философским сообществом. Многих в российской глубинке руководители РФО хорошо знают, видят в Москве, на российских конгрессах. Им бы следовало более эффективно координировать распределение финансовых потоков, которые могут перепасть философам по всей России в виде грантов и платных заказов.
– Насколько увенчался успехом проект так называемого «нового мышления», предложенный академиком Иваном Фроловым в пику горбачёвской перестройке для гуманизации заидеологизированной советской философии?
– Советская философия кому-то была заидеологизирована, а кому-то нет. Ничто не мешало Генриху Батищеву, Олегу Дробницкому, Алексею Лосеву и другим советским философам писать и публиковать великие труды. Сам товарищ Сталин в своей знаменитой главе «Краткого курса» оказался антиленинцем. Он там выдал за марксизм: «Материя – субъект всех изменений». Да, это марксизм. Но настоящий. Хотя эта мысль Томаса Гоббса, которую где-то цитирует Карл Маркс. А стреляли за мелочи. Я бы сказал так: одни дилетанты бдели за свои догмы, выдавая их за общечеловеческие ценности, пардон, за генеральную линию партии, а потом аналогичное делали другие. Во всём виноваты дилетанты. Их ещё много. Тем более что теперь их не стреляют, а, наоборот, берегут и поддерживают.
– Вашему перу принадлежит работа «Сталинизм. Воспоминания о будущем». Дайте, пожалуйста, описательный портрет философа-сталиниста.
– Они разные. Одни – оголтелые. Дилетанты. Фанаты. Другие – вменяемые. Сталин – не только великий политик, но и философский гений. Правда, его философия – больше в делах, что полностью соответствует определению философии, которое дал Антонио Грамши. Он сделал всё, что России было необходимо, в противном случае её растащили бы.
– Что для вас значит философствовать по-русски? Чем бы вы парировали австро-американскому экономисту Людвигу фон Мизесу, утверждавшему об интеллектуальном бесплодии русских, которые никогда не могут сами найти выражение собственной глубинной природы?
– Внесу поправку: это не бесплодие, а плодовитость non-stop. Потому что нет пределов совершенствованию знаний и представлений, умений и навыков. Может, да: ещё колеса не дооткрыли толком, а уже кидаемся летать. Процитирую поэта Николая Клюева: «…на кровле конёк / Есть знак молчаливый, что путь наш далёк». Кстати, путь по-китайски – дао. Дао, которое можно выразить словами, не есть истинное дао. Древним видней, чем фон Мизесу. Также термин «путь» входит в самоназвание национальной японской философии – синто – путь богов. Не завидую я историческим судьбам этих нашедших окончательные плоды мыслителей и их странам. Путь наш далёк. В бесконечность…

© А. С. Нилогов


17:49 

Светлого у них не бывает

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!

17:27 

Домовики (Домовые) Миролюбов

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!
Домовики (Домовые) Миролюбов

Среди разных Божеств древности, о которых еще говорил народ перед первой мировой войной, важнейшее место занимали Домовики. Это то же, что и «Божества Очага» в других странах. Им отводилось почетное место в жизни и о них заботились. «Только бы Домовой не рассердился», как говорила Прабка Варвара. Рассерженные Домовики могли так отравить хозяину или хозяйке жизнь, что хоть со двора съезжай: молоко скисает раньше времени, у коров тощает вымя, куры перестают нестись, «курица кричит петухом», на огороде растет «сила бурьяна», а овощи не растут, по утрам кони в мыле: «Домовой всю ночь на них скакал но пустынным дорожкам» и т.д. Чтоб избавиться от всего этого Домовому «надо ставить страву» в предбаннике, в погребе, на леднике. Если и это не помогает, надо «бабку-шептуху» позвать, пускай она пошепчет, походит, зерна по углам посыплет, может, и умилостивит Домового.
Говорилось «Домовой», но на самом деле это был не один Домовой. Он был лишь старший среди Домовиков. На деле их столько же, сколько разных отраслей жизни. Первым был Домовой, старший среди домашних Божеств, и его называли «Хозяином». Так его называли потому, что он «может откликнуться и явиться». Потому его имя старались не произносить, особенно вечером или ночью. Днем - не страшно, днем Домовой являться не любит. Ночью же он может явиться, а видеть его - «всегда нехорошо». У детей он может вызвать появление «родимца» («родимчик»), а у подростков - припадки эпилепсии, трудно излечимой в деревенских условиях. Правда, знахари и знахарки лечили «наговорной водой» такие заболевания, но это не всегда помогало. Кроме того, не всякая знахарка обладала силой внушения, которая и была главным лекарством в этих случаях. Нужно, однако, сказать, что вообще знахари и знахарки такой силой обладали и могли «руду остановить» или прекратить зубную боль и вообще действительно помочь больному. Мне самому в детстве помогал Касьян из Ейского Укрепления, способный совершенно «заговорить» зубную боль. Помню, у него были серые, лучистые глаза, и когда я в них смотрел, все остальное исчезало из поля зрения. Касьян был моим воспитателем. Он был полу крестьянин, полу рыбак, рыбачивший на Азовском морс. Он все время бывал у нас, если был свободен.
Касьян тоже верил в Домовых. Прабка Варвара, мать наша, прислуга -все верили в Домовых. Михайло-конюх часто «видал Хозяина» и описывал его так: «С виду он дедок с седоватой бородой-лопатой, с волосами, остриженными под горшок, с густыми, нависшими бровями, в длинном жупани-ке, ниже колен, в сапожках и с хворостиной в руке. Он ходит и хворостиной гонит кур с пути, приговаривая: «Кыш, кыш, вы, пернатые!» Но не бьет их, так как тогда выскочит Птичий, и они с Домовым начнут ругаться».
Хозяин-Домовой - старший среди Домовиков, но каждый из них имеет свое дело, и в нем он сам Хозяин. Дело в том, что после Домовиков, величиной с годовалого хлопца, были еще Вяшки; эти были величиной с ладонь; а за ними - Вяшата, величиной с пчелу. Вяшки жили в стенах дома, где они «строгали черешки» для трубки Домовикам, а Вяшата жили в саду, в огороде. Там ими командовали Огородник или Садовик. Они смотрели за травой, овощами, лазили по стеблям перея, дрались с гусеницами, шмелями и жуками, отгоняя их прочь от хозяйского добра. Для них человек -хозяин уже дальний. Они знали лишь своего Домовика. В саду царил Садовик с помощниками: Яблоником, Грушевиком, Вишенником. Сливовиком, Ягодником, Травником. Он ими командовал. В огороде был Огородник с Капустником, Гороховиком, 0гуречником, Картошником, Кукурузником, Дын-ником, Арбузником, Цибульником, Свекольником и Укропником. Ими управлял только Огородник и приказы старшего Домовика-Хозяина передавал тоже только он. Встреча с ними не могла повредить, так как они детей не пугали, а гоняли только воробьев, да и то боялись, как бы Птичьего не рассердить. Они были не только безобидны, но даже услужливы. Работает человек на огороде, где-то бросил грабли или лопату, или тяпку, они ее ему подсунут под руку. Особенно добр и ласков был Маковик, следивший за посевом мака. Он на Маковея-Спаса был именинником, и ему хозяйки бросали горсточку мака «за службу». Огородникам носили пирога на капустном листе. Садовикам - яблочного пирога на Спаса-Преображение. Старший Домовой получал «страву» по большим Праздникам: на Рождество, на Пасху, на Цветной Педеле, на Радоницу - Красную Горку.
Горешный, обитатель «гореща»-чердака, получал тоже свое, чтобы хранил сушеницу, фрукты: вишни, яблоки, груши, сливы, изюм, малину, клубнику, абрикосы, персики, айву. Он же следил за грибами, чтобы их мыши не точили, плесень не била. Клунный с Зерновиком хранили запасы зерна, пшеницы. Они постоянно дрались с мышами, крысами и помогали коту, когда тот ловил мышей.
На Родины, Крестины, Свадьбу или Похороны Домовым полагалась «страва». Все, чтобы «Домовики не сердились».
Домовые добры и веселы, и человека они пугать не хотят, но он их сам пугается, и это его вина. Если они между собой и спорят, даже дерутся, так это ради «Хозяйского Добра». Потому и человек их бояться не должен. Особенно пугливы бабы. Увидит какую-то тень и кричит: «Ай, лышенько! Домовой!» Но мужики сурово отвечают: «Ну, и что же ? А кто наше добро стеречь будет?»
По характеру Домовики - веселые Божки. Они вечно шутят, смеются, в бабки играют, в пятнашки, горелки, в мячик, палочку-стукалочку (стук палкой - «прогон Празднества»!) и другие детские игры, так как у них «душа детячья». Зла они не помнят, и если даже человек провинился перед ними, долго не сердятся. Особенно, если получили «страву». «Страва», это, конечно, - жертва домашним Божкам. Видимо, наши Щуры-Пращуры крепко «поважали Домовых», потому и всякие подробности остались в быту и жизни народной. На Зимнего и на Летнего Коляду, Купалу и Крышнего, Домовые - «именинники». «Страва» для них в эти дни обязательна. Не дашь «стравы», пожалеешь! Особенно летом, потому что дети часто пожар сделать могут, а Домовой, следящий за ними неотступно, увидит огонь и погасит. Домовой может сам человека испугаться и даже уйти со двора, и тогда несчастья посыплются на такой двор, как из мешка! Не успеет хозяин с одной бедой справиться, как наваливается другая. То сараи загораются, то коровы заболеют, то кони простуду схватят. Мало ли несчастий может случиться без надзора за всем Домового? Поэтому хоть он и маленький и несильный на вид, но от зла оберегает. А какой вид может принять зло? Этого и мужик не знает. Это только Домовой знает. Ему все наперед известно. Поэтому бывает, что Домовой «что-либо запрещает делать». И это надо угадать и сделать так, «как Домовой велит». Однако, угадать, чего хочет Домовой, тоже нелегко. Он ведь не говорит, а только показывает и намекает. Иной раз целые беседы собирались для решения, чего хочет Домовой. И тогда какая-нибудь старая бабка находила, чего ему нужно. Она это объясняла мужику-хозяину, а последний по ее совету делал требуемое: либо «ставил страву», либо «подмета граблями», либо еще что-то делал в соответствии с требованиями Домового. Еще чаще разводили «благородный Огонь» посреди двора и бросали в него остатки со стола, от обеда или от завтрака. Домовому этого было достаточно, ибо он видел добрую волю человека. Остальное - если и не так - он прощал, ибо добрее его «на свете никого нет».
Если хозяин хаты долго помирал и душа никак не могла расстаться с телом, шли на «гореще» (чердак) и просили Горешного «позвать хозяина» через окошко, выходящее во двор. Если и это не помогало, шел старший сын и звал умирающего по имени: «Иван! Иван! Иван! Ступай сюда! Уже час!» И тогда, слыша со двора свое имя, больной приподнимался и говорил: «Уже Горешный зовет! Пора!» Брал свечу в руки, ложился и уже не вникал ни во что: шептал молитву и отходил.
Таким образом, Горешному отводилась почетная роль в смерти. Отводилась ему подобная же роль и при трудных родах. Тогда звал ребенка отец: «Михайло либо Марья! Приходи скорее!» и ребенок рождался. Горешный за это получал пирога с мясом либо с фруктами, какой был. Это была «Горешная Страва».
В трудные часы, когда помирал хозяин дома, Домовики собирались все вместе и плакали, а когда над умершим «причитали», плакали и выкрикивали слова: «Он и Домового поважал, и Горешного, и всегда им «страву» ставил, а теперь кто же поставит? Его и Домовые любили за то, что он их поважал, а теперь кого же любить?»
Древние славяно-русы подметили, что не всегда человеку везет в делах, что бывают дни удачи и неудачи (общее с галлами мировоззрение, те верили тоже в «jours fastes et nefastes», а потому все зависело от дня, который надо знать. Домовые помогали в этом, они указывали такие дни. Для древних людей мир был полон символов, значение которых нелегко разгадать. Отсюда вообще проистекало гадание, как таковое. (Если «вызывание умирающего» есть у скандинавов, у шведов, то «дни удачливые и неудачливые» есть у галлов и кельтов, горцев Шотландии; см. романы Вальтера Скотта).
Гадание у гаэлов, у галлов (кельтов), скоттов, славян, римлян и греков занимало большое место в жизни. У римлян гадали жрецы по внутренностям жертвенных животных, у славяно-русов - старшие Родичи и Кудесники. Естественно, что гадание осталось и сохранилось у русов наших дней. Жизнь вообще представляет из себя ряд загадок, от удачного разрешения которых зависит счастливая или несчастливая судьба каждого человека. Люди в наши дни не предают такого значения ни загадкам, ни их разрешению, как в старину. Но русы до самой первой мировой войны гадали на Святках, на Крещенье и под Новый Год. Обычай этот идет из древности. Домовые помогают при гадании, и потому, начиная гадать, всегда осведомлялись: «Была ли поставлена «страва» Домовому?» Только тогда и начинали гадать.
На севере Шотландии гадание тоже практиковалось, что можно видеть из следующей фразы у Вальтера Скотта: «А потом эта Эйли Мак-Клюр из Дипгуфа! Ведь какими занимается гадостями! Предсказывает судьбу по яичной скорлупе и бараньим костям, и разгадывает сны, и ворожит...» (см. «Эдинбургская Темница», Вальтер Скотт, Гос. Изд. Худож. Литературы, Москва, 1962 г., с. 521).
К колдовству народ не прибегал и колдовства боялся. Людей, его практиковавших, называли колдунами и ведьмами, о которых много рассказывали темных и страшных историй. Однако, ни в детстве, ни позже нам не приходилось даже слышать, что где-либо есть ведьма или колдун. Не было также случаев, когда бы люди не знали, что тот или другой человек прибегал к их услугам, как это делали, например, в Швеции или Финляндии (см. «Кристина Бьюрр», Арвид Морн, перевод со шведского, французский текст, Брюссель, 1943 г.). В этой книге рассказывается о временах Карла XII, когда жена пастора прибегла к помощи колдуньи, за что и была наказана Богом. В другой книге прошлого столетия, переведенной на французский язык под названием «И водопад остановился», говорится об обычае в Швеции «вызывать через окно на чердаке умирающего». Это, однако, не значит, что «шведы повлияли на русов» или что «они передали русам свой обычай». Мы думаем, что этот обычай был в свое время повсеместным у индоевропейских народов. Одни его утратили, другие сохранили.
Домовые живут своей, похожей на человеческую жизнь. У них есть свои радости и печали. Хозяин двора и хаты старается Домовых не обижать. Они же его охраняют от пожара, воров, мора скота, от нападения лисиц или волков и т.д. За это хозяин им ставит древнюю «страву». Домовые предупреждаютхозяина о грядущих несчастьях. Предупреждают они разными знаками, так как прямо говорить они могут только с детьми и животными. Со взрослыми они не говорят.
Вместе с тем есть связь между Гномами Севера и Домовиками русов, но и эта связь, на наш взгляд, идет от общей индоевропейских традиции прошлого. У одних эта традиция приобрела вид Гномов, у других - Домовиков. Сказать, что это одни и те же персонажи, мы не можем, так как кроме общности, у них есть существенные различия. Последние таковы, что препятствуют заключению об их единстве. За Гномами стоит германская мифология с ее мрачными представлениями, тогда как за Домовыми находится религия славяно-русов и нет никакой мифологии. Религия же славяно-ру-сов радостна, светла и поэтична. Гномы дразнят людей, устраивают им разные штучки, тогда как Домовые этого не делают. В крайнем случае, при неуважении хозяина и хозяйки, Домовые уходят со двора. Гномы же мстительны, злопамятны и вообще далеко небезобидны.


17:21 

Высоцкий Владимир А люди всё роптали и роптали...

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!
Высоцкий Владимир А люди всё роптали и роптали...

А люди всё роптали и роптали,
А люди справедливости хотят:
"Мы в очереди первыми стояли,
А те, кто сзади нас, уже едят!"

Им объяснили, чтобы не ругаться:
"Мы просим вас, уйдите, дорогие!
Те, кто едят, — ведь это иностранцы,
А вы, прошу прощенья, кто такие?"

А люди всё кричали и кричали,
А люди справедливости хотят:
"Ну как же так?! Мы в очереди первыми стояли,
А те, кто сзади нас, уже едят!"

Но снова объяснил администратор:
"Я вас прошу, уйдите, дорогие!
Те, кто едят, — ведь это ж делегаты,
А вы, прошу прощенья, кто такие?"

А люди всё кричали и кричали —
Наверно, справедливости хотят:
"Ну как же так?! Ведь мы ещё...
Ну как же так?! Ну ещё...
Ведь мы в очереди первыми стояли,
А те, кто сзади нас, уже едят!"


17:05 

В психбольнице пациент

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!

В психбольнице пациент весь вечер смотрит телевизор. Уходя спать,
он счастливо восклицает: – Как же хорошо, что я в психушке – тут руководители
не такие сумасшедшие…






23:59 

Гороскоп и уровни постижения его смысла

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!
Гороскоп и уровни постижения его смысла

Уровни постижения смысла гороскопа

Знание о Мироздании как понятии Всеобщем, естественно, относится и к гороскопу как Частно-Конкретному понятию.
Понять гороскоп как “Вещь в себе” можно, идя к этому по ступеням и уровням его Восприятия как “Вещи для нас” и переводя подсознательные догадки и интуитивный синтез разнородной и противоречивой информации, содержащейся в гороскопе, на уровень чёткого и канонически организованного понимания. Таким образом, процесс разбора гороскопа – это не искусство, как учит современная “научная” астрология, а чёткая и однозначная система знаний, начиная со схемы разбора карты рождения и заканчивая использованием информации задействованных в гороскопе градусов.
На втором уровне разбора Гороскопа надо уже чётко представлять себе, что согласно Древу Жизни мы находимся в Физическом Мире Проявленного Бытия. Этот Мир выступает для нас как ВСЕОБЩЕЕ понятие. И Зодиак, с которым мы имеем дело, является Зодиаком Физического Мира, для которого наиболее характерными и созвучными его Природе являются Циклические (Круговые) процессы.
Всеобщий Принцип Цикличности, спроецированный на живую систему Человеческого уровня жизни (в частности), порождает понятие и процесс ПЕРЕ-ВОПЛОЩЕНИЯ. Сама Русская этимология этого двухкорневого слова означает, что существует Конкретная Локальная Духовная сущность – ДУША, которая проходит в процессе своего развития череду ПЕРиодических ВОПЛОЩЕНИЙ, каждый раз обретая очередную плоть для выполнения очередной Жизненной программы.

Любое РАЗВИТИЕ согласно Всеобщему Принципу ПРИЧИННО-СЛЕДСТВЕННОЙ СВЯЗИ является по сути Развитием ПРЕЕМСТВЕННЫМ: каждый очередной этап (фаза, цикл) Процесса является естественным продолжением и реализацией того, что было сформировано и накоплено на предыдущем этапе, и в свою очередь формирует потенциал для последующего этапа (фазы, цикла).
Из этой Всеобщей закономерности применительно к Гороскопу следует, что в Космическом паспорте воплотившейся Души – новорождённого представителя Рода Людского на Земле – отражён Духовный потенциал его прошлого воплощения. Иными словами, Гороскоп – это Система с уже сформированными потенциями (позитивными и негативными), в которых содержится Духовный опыт предыдущей жизни.

Всеобщий Смысл всех Живых существ в Общем Потоке (реке) Жизни – развитие в направлении Совершенствования внутри каждого уровня Бытия от одного уровня к другому, более высокому.
Однако Принцип Единства (Всеобщности), реализуясь в различных входящих в Него локальных составляющих (Частях), превращается в Принцип Индивидуальности. Его суть (как уже отмечалось ранее) состоит в том, что Система Всеобщих Канонов Бытия, проецируясь на конкретную локальную сущность, проявляется в ней строго ИНДИВИДУАЛЬНО, неповторимо и уникально.
Для каждого из нас это означает, что Всеобщая задача Духовного совершенствования, преломляясь через Индивидуальность конкретной личности, трансформируется в строго определённую персональную Жизненную Программу, реализуя которую личность и движется по пути Духовного развития.
При этом данная личность всегда является частью какой-либо локальной Духовно родственной среды, имеющей своё Общее предназначение.
Таким образом, смысл Индивидуального предназначения всегда содержит в себе также Общую и Всеобщую составляющую.
Например, для каждого представителя рода людского на Земле:
Индивидуальной задачей является выполнение его Жизненной Программы в составе своей семьи (рода).
Общий смысл задаёт ему участие в Божественном Предназначении своего Народа среди других коренных Народов Планеты.
А Всеобщий смысл его пребывания на Земле определяется смыслом существования и ролью Земного Человечества в Едином Планетарном Организме Земли (в составе нашего Звёздного Острова).


22:20 

ЕСТЬ ТОЛЬКО МИГ Л. Дербенев

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!
ЕСТЬ ТОЛЬКО МИГ Л. Дербенев

Призрачно все в этом мире бушующем.
Есть только миг - за него и держись.
Есть только миг между прошлым и будущим.
Именно он называется жизнь.

Вечный покой сердце вряд ли обрадует.
Вечный покой для седых пирамид
А для звезды, что сорвалась и падает
Есть только миг - ослепительный миг.

Пусть этот мир вдаль летит сквозь столетия.
Но не всегда по дороге мне с ним.
Чем дорожу, чем рискую на свете я -
Мигом одним - только мигом одним.

Счастье дано повстречать да беду еще
Есть только миг - за него и держись.
Есть только миг между прошлым и будущим.
Именно он называется жизнь.

21:56 

Семь официально российских разрешенных в России партий символизируют семь смертных гр

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!

Семь официально российских разрешенных в России партий
символизируют семь смертных грехов: 1. “Единая Россия” — алчность. 2. КПРФ —
гнев. 3. ЛДПР — похоть. 4. “Справедливая Россия” — уныние. 5. Патриоты России —
зависть. 6. “Яблоко” — гордыня. 7. “Правое дело” — чревоугодие.(МК)


21:40 

Между прочим моя фотосессия два орешка стоит...

Только тот не онанист, кто в натуре - РЕАЛИСТ!

ДУМАТЬ ПОДАНО!

главная